Голливудские горки одной судьбы. 100 лет со дня рождения Георгия Юматова - «Рецензии»

11 марта – 100-летний юбилей звезды советского кино Георгия Александровича Юматова

(1926–1997), народного артиста РСФСР, ветерана Великой Отечественной войны, снявшегося в более чем 80 фильмах, среди которых самым памятным для зрителей, пожалуй, остается героическая драма «Офицеры

» (1971). В ней Юматов сыграл военного Алексея Трофимова – от курсанта до генерала. О судьбе замечательного артиста – эссе киноведа Вячеслава Шмырова.

фото: РИА НОВОСТИ
В знаменитой сцене из фильма «Москва слезам не верит», когда героини картины – молоденькие лимитчицы, гуляющие по Москве середины 1950-х, оказываются у старого Дома кино, где идет Неделя французских фильмов, встречаются две эпохи. Время поздней, работающей под классицизм соцреалистического образца сталинской «стабильности» и время ранней, еще только начинающейся оттепели, несущей большие надежды и немыслимые перемены. Но это еще и встреча двух актерских эпох. Конюхова, Харитонов, Юматов! – восторженно, на истеричной нотке толпа зевак встречает одну, уже состоявшуюся и всем известную; и – Смоктуновский, который после короткого общения с Георгием Юматовым неожиданно привлекает внимание девушек и раздраженно на их расспросы отвечает: «Моя фамилия вам ничего не скажет». Сейчас не скажет, а через пару лет так прогремит, что даже станет нарицательной. Ведь в каждом театральном коллективе актер с интеллектуальным шлейфом теперь будет Смоктуновским!
Юматов – актер с другим шлейфом, это шлейф подвига, героической решительности, мужской определенности, несомненной воли к жизни с однозначным пониманием того, что правильно (и потому хорошо и полезно для всех) и что неправильно (и потому плохо и неполезно). Хотя и на этом пути все не сводится к однозначному стереотипу. Герой «Разных судеб» (1956) Степан Огурцов в исполнении Юматова может увлечься девушкой с мещанскими наклонностями и до поры до времени не замечать влюбленную в него другую девушку – скромную и далекую от всякого рола корыстного индивидуализма. А герой «Жестокости» (1959) Венька Малышев (все тот же Юматов) даже добровольно уйдет из жизни, потому что его преданность идеалам революции окажется в жестоком разладе с моралью людей, которые хотя и говорят про эти идеалы, но в действительности презирают их и каждодневно предают.

фото: "Жестокость" / Мосфильм
Рефлексия, как видим, тоже из актерской палитры решительного актера. Но недаром она проявляет себя, когда речь идет о коллективных ценностях, а подчеркнутый индивидуализм, свойственный многим героям того же Иннокентия Смоктуновского, по старинке воспринимается общественной моралью первых комсомольцев из фильмов «Они были первыми» (1956) или «Юность наших отцов» (1958), в которых Георгий Юматов также сыграл главные роли, как явление отмирающее, низкое, буржуазного толка. При этом, и Юматов, и Смоктуновский были фронтовиками, получили актерское образование скорее на практике (театральных вузов не оканчивали), а главным, что выделяло их из общего ряда, была подлинность. Того, что было пережито в реальности, а не сыграно по канонам той или иной актерской системы. Короче, судьбы похожие, но – поразительно разные (как и сами актеры)! Как будто бы в каждого из них заглянула своя эпоха.
Еще важно, что кинематографическая оттепель в эти годы пришла практически во все ведущие европейские кинематографии – итальянскую, французскую, британскую, польскую... И везде произошла смена героя, а герои предыдущей эпохи были словно скалькированы с голливудских образцов 1940-х – 1950-х годов, прочно скрепленных консервативным пониманием того или иного жанра. С этой точки зрения Георгий Юматов долгое время был не только идеальным актером эпохи директивного соцреализма, но и блестящим актером вестерна, но – вестерна по-советски, про который этими словами тогда, конечно, никто не говорил, поскольку сам жанр умело камуфлировался под историко-революционный фильм. Недаром таких картин в биографии молодого Юматова, которого вполне можно сравнить с голливудскими «иконами» жанра Гари Купером или Джоном Уэйном, оказалось великое множество, а сам он целиком соответствовал жанровому канону, умело обращаясь с лошадьми или партнерами по дракам (которые часто сам же со знанием дела ставил).

фото: "Разные судьбы" / киностудия им. М.Горького
Осознание этой связи (вестерн – история гражданской войны) наступило десятилетие спустя, когда Диким Западом для советских реалий парадоксальным образом стал Дикий, набитый мифологическими басмачами Восток, а жанр обрел самостоятельное определение – истерн. Любопытно, что главным образцом нового жанра с течением времени стал фильм Владимира Мотыля «Белое солнце пустыни», в котором главная роль предназначалась для Георгия Юматова, но его бедовая судьба сыграла злую шутку: перед первым съемочным днем актер напился и подрался, и режиссер, и без того не желая снимать Юматова (сказался его прямодушный характер), воспользовался этим побитым лицом как аргументом в споре с начальством и заменил Георгия Юматова на более понятного ему и гибкого Анатолия Кузнецова.
Это, помимо всего прочего, могло бы означать и конец звездной карьеры Юматова, если бы через два года после «Белого солнца…» на экраны страны не вышел фильм «Офицеры», который также потребовал от артиста выдающихся навыков героического поведения в кадре, в том числе в борьбе с басмачами, а от режиссера картины Владимира Рогового – еще и большой выдержки. Ведь Георгий Юматов и тут был на грани нервного срыва, а сам фильм – на грани провала, но все, к счастью, обошлось. Между тем, провала не было (а был большой успех, который с годами сделал картину по-настоящему культовой), но не было и «продолжения легенды». После 45 известный артист главных ролей в заметных фильмах практически не играл, а если были в его жизни такие кассовые хиты, как «Петровка, 38» и «Огарева, 6», то роль полковника милиции и руководителя угрозыска Садчикова в них логичнее было бы отнести к категории «почетных» (и тут, уже согласно иерархии, вслед за полковниками могли бы идти и генералы). И только отдельные эпизоды, как, например, в телесериале «ТАСС уполномочен заявить…» (1984), в котором Георгий Юматов неожиданно для себя сыграл измученного жизнью бывшего власовца, как будто сигнализировали миру, что есть не только актерское амплуа Георгия Юматова, но есть и его актерская судьба, которую неповоротливая машина кинематографа, к сожалению, так и не сделала поводом для отдельного повествования.

фото: "Офицеры" / Центральная киностудия детских и юношеских фильмов им. М.Горького

5 лучших фильмов с участием Георгия Юматова (главные роли)

«Разные судьбы», 1956, реж. Леонид Луков (Степан Огурцов, вчерашний школьник, сталевар)

«Жестокость», 1959, реж. Владимир Скуйбин (Венька Малышев, комсомолец, заместитель начальника угрозыска)

«Не забудь… станция Луговая», 1966, реж. Никита Курихин, Леонид Менакер (вчерашний фронтовик Рябов)

«Офицеры», 1971, реж. Владимир Роговой (Алексей Трофимов – от курсанта до генерала)

«Петровка, 38» – «Огарева, 6», 1980, реж. Борис Григорьев (полковник милиции Садчиков)

5 самых кассовых фильмов с участием актера (главные роли и роли второго плана)

«Офицеры» / 53,4 млн

«Петровка, 38» / 53,4 млн – «Огарева, 6» / 33,4 млн

«Опасные гастроли», 1969, реж. Георгий Юнгвальд-Хилькевич (революционер-подпольщик Максим) / 36,9 млн

«Молодая гвардия», 1948, реж. Сергей Герасимов (молодогвардеец Анатолий Попов) / 34,5 млн

«Педагогическая поэма», 1955, реж. Майя Маевская, Алексей Маслюков (воспитанник детской колонии Саша Задоров) / 32,3 млн

5 самых обсуждаемых на форуме «Кино-Театр.Ру» фильмов с участием Георгия Юматова (главные роли и роли второго плана)

«ТАСС уполномочен заявить…» (1984, телесериал), реж. Владимир Фокин (Иван Белый, бывший власовец)

«Разные судьбы»

«Офицеры»

«Молодая гвардия»

«Стряпуха», 1965, реж. Эдмонд Кеосаян (Серафим Чайка, комбайнер)

5 самых необычных ролей в биографии актера

«Весна», 1947, реж. Григорий Александров (ассистент гримера). Первая роль в кино «со словами» («Разрешите!»). В титрах фильма не указан.

«Две жизни», 1961, реж. Леонид Луков (солдат по прозвищу «Граф», записавшийся после Февральской революции сразу во все политические партии). Первая характерная роль («Неизвестно, каким путем все обернется!»)

«Один из нас», 1970, реж. Геннадий Полока (Сергей Бирюков, сотрудник НКВД, он же – работник секретного оборонного завода Петров). Фильм является скрытой пародией на советские шпионские фильмы.
«Не может быть!» (новелла «Забавное приключение»), 1975, реж. Леонид Гайдай (прохожий с бульдогом). Эксцентрическая роль, без указания в титрах.

«Москва слезам не верит», 1980, реж. Владимир Меньшов (камео). Юматов играет самого себя, только на 15 лет моложе – в период своей огромной популярности.

фото: "Москва слезам не верит" / Мосфильм

5 интересных фактов из биографии Георгия Юматова

Актер родился в Москве. Но поездка в 11-летнем возрасте на Черное море предопределила его главную жизненную страсть – море. В 1943 году по достижении 17-летнего возраста Юматов пошел учиться «на юнгу» в Московскую объединенную школу ВМФ, а уже через несколько месяцев в качестве рулевого-сигнальщика оказался в составе Керченской бригады бронекатеров Черноморского флота. 25 ноября 1944 года впервые был награжден боевой медалью – Ушакова, которой отмечали рядовой состав ВМФ за проявленные мужество и отвагу. Через восемь лет молодой актер снялся в исторической дилогии «Адмирал Ушаков» – «Корабли штурмуют бастионы» (1953, реж. Михаил Ромм), где сыграл воспитанника Ушакова Виктора Ермолаева, отдающего жизнь за великого флотоводца. Морская тема при этом в биографии Юматова возникла тремя годами раньше и продолжилась в веренице образов моряков: кок Сергей («В мирные дни», 1950), матрос Грачев («Шторм», 1957), защитник Севастополя Баклан («Трое суток после бессмертия», 1963), капитан-лейтенант Алексеев («Внимание, цунами!», 1969), старпом Жарких («Если есть паруса», 1969), капитан сейнера Савва Ильич («Заряженные смертью», 1991), шкипер судна Кузин («Транзит для дьявола», 1999 – последняя роль в кино).
Вопреки общепринятой версии, что Георгий Юматов не имел актерского образования, известно, что с 1945-го по 1947 год он учился в актерской школе при киностудии «Мосфильм», и это позволило ему с 1945 года числиться в штате киностудии, сниматься в массовках и эпизодических ролях, в частности, в роли монаха в фильме Сергея Эйзенштейна «Иван Грозный» (вторая серия, 1945), а также посещать закрытые мероприятия Дома кино, который в эти годы работал в одном помещении с Театром-студией киноактера на улице Воровского (ныне – Поварская). Именно в этих стенах на начинающего актера обратил внимание директор театра, кинорежиссер Григорий Александров, пригласивший Юматова сняться в эпизодической роли ассистента гримера в фильме «Весна» (1947) и одновременно рекомендовавший его другому режиссеру Сергею Герасимову для зачисления на актерский факультет ВГИКа. Герасимов сразу оценил органичность молодого артиста и даже, по одной из версий, ему сказал: «Молодой человек, мне нечему вас учить! Вы – самородок! Учеба вас может только испортить!». Хотя проблема, может быть, была и в том, что студенты мастерской Герасимова были в это время уже на третьем курсе, а сам метр готовился к съемкам фильма «Молодая гвардия» (1948), в котором, впрочем, Георгий Юматов получил небольшую, но заметную роль подпольщика Анатолия Попова.

фото: "Герой Шипки" / Ленфильм, Болгарфильм
Юматов с детских лет большое внимание уделял спорту. Он занимался боксом, футболом, легкой атлетикой. Актера отличала большая физическая выносливость, и он был одним из наиболее атлетично сложенных актеров советского кино. Параллельно учебе в актерской школе, он много времени проводил на ипподроме, готовясь выполнять трюки на лошадях без дублеров, и в этом сильно преуспел. О чем свидетельствует его участие в фильмах-экшенах «Герои Шипки» (1954, казак Сашко Козырь), «Крушение эмирата» (1955, красноармеец Игнат), «Юность наших отцов» (1958, партизан Морозко), изобилующих драками и батальными сценами. Большим ударом для актера стала неутверждение его на заглавную роль в фильме «Павел Корчагин» (1956), когда режиссеры Александр Алов и Владимир Наумов предпочли Георгию Юматову более молодого артиста (на восемь лет младше) Василия Ланового. А через 15 лет эти актеры сыграли друзей и фактически сверстников в фильме «Офицеры», в котором погони на лошадях в первых эпизодах картины тоже оказались очень важными и эффектными. Кстати, именно наезднические навыки Юматова позволили предотвратить на съемках картины катастрофу, когда лошадь понесла третьего исполнителя (исполнительницу) главной роли – Алину Покровскую, которая в фильме играла жену Трофимова-Юматова.
Всю жизнь Георгий Юматов прожил с одной женщиной – актрисой Музой Крепкогорской, которая была на два года старше мужа и училась в той самой мастерской Сергея Герасимова и Тамары Макаровой, в которую не взяли Юматова. Сблизились молодые люди на съемках фильма «Молодая гвардия», в которой Муза Викторовна сыграла предательницу Зинаиду Вырикову (это была настоящая фамилия персонажа, и после того, как в начале 1960-х годов непричастность Выриковой к гибели молодогвардейцев была доказана, героиня Крепкогорской в новой редакции фильма получила вымышленную фамилию – Лазаренко). Актриса же, мечтая о роли Любови Шевцовой (ее сыграла Инна Макарова), всю жизнь полагала, что роль предательницы для нее стала роковой. И, действительно, главных ролей, за малым исключением, в биографии актрисы не было – все больше характерные подружки главных героинь, как правило, недалекие и жеманные, а с возрастом определилось еще одно неожиданное «амплуа»: если Юматова в какую-то картину звали на большую роль, в качестве дополнительного условия он ставил необходимость найти эпизод для супруги. Так Муза Викторовна сыграла Галю, соседку по общежитию главной героини («Разные судьбы»), Тосю, подругу главной героини («Очередной рейс», 1958), швею Фросю («Две жизни»), Ирину Сергеевну, бригадира вагона («Не забудь… станция Луговая»), профсоюзную активистку («Один из нас»), маму Маши, возлюбленной Егора Трофимова («Офицеры»), бабушку («Второй раз в Крыму», 1982), начальника службы питания («Аэропорт со служебного хода», 1986) и многие другие роли, самая известная из которых – жена генерала в химчистке с репликой: «Девушка, а можно все это завернуть в два слоя бумаги?» и ответной фразой главной героини – Людмилы (Ирина Муравьева): «С бумагой в стране напряженка» («Москва слезам не верит»).

Дополнение

Интересно при этом, что как комедийную актрису Музу Крепкогорскую ценил Леонид Гайдай (они, кстати, жили в одном подъезде кооперативного дома кинематографистов рядом с метро «Аэропорт»). Все началось с фильма «Ляна» (1955, реж. Борис Барнет), на котором Гайдай был режиссером-практикантом, а также сыграл Алешу, влюбленного в молдавскую девушку Параскицу (Муза Крепкогорская). В зрелые годы Муза Викторовна снялась в фильмах Леонида Гайдая (эпизодические роли без имен): «Не может быть!» (новелла «Свадебное происшествие», 1975, жена певца), «Опасно для жизни!» (1985, бабушка-шахматистка), «Частный детектив, или Операция "Кооперация"» (1989, соседка), «На Дерибасовской хорошая погода, или На Брайтон-Бич опять идут дожди» (1992, прихожанка). Еще одна любопытная особенность в биографии актрисы: на нее обратил внимание режиссер и художник Рустам Хамдамов, задумавший фильм с французской кинозвездой Жанной Моро «Анна Карамазофф» (1991). Утонченный рисовальщик, ориентированный в своей эстетике на русский Серебряный век, Хамдамов собрал в картине многих актрис советского кино, в облике которых утонченная женственность превалировала над социальной определенностью. Среди них – Елена Соловей, Светлана Немоляева, Наталья Фатеева, Татьяна Друбич, Елена Коренева, Татьяна Самойлова, Елена Шанина. Нашлось место в картине и Музе Крепкогорской, чьи «фирменные» ямочки на щеках и белокурые колечки-завитки обычно воспринимались как проявление мещанской пошлости и обывательской недалекости (и эти характеристики часто и определяли характер предлагаемых актрисе ролей), а тут все оказалось наоборот: актриса просто была из другого времени.
Еще одной большой страстью Георгия Юматова были собаки. С одной из них связан самый драматический эпизод в его биографии, произошедший 6 марта 1994 года. Накануне умерла собака, принадлежавшая актеру, похоронить ее Юматову помог дворник Мадатов, а после захоронения артист пригласил своего помощника помянуть пса. После выпитого началась ссора. По одной из версий, Мадатов упрекнул Юматова в излишних переживаниях по поводу утраты питомца, а тот немедленно схватил охотничье ружье и выстрелил в дворника. Выстрел оказался роковым. Юматову грозил срок до десяти лет тюрьмы. Однако адвокату Борису Кузнецову удалось доказать, что актер действовал в пределах самообороны. Помог и приближающийся юбилей Победы в Великой Отечественной войне, участником которой был Георгий Александрович: актер попал под амнистию.

фото: "Поздняя ягода" / Мосфильм
Комментарием к этой ужасной истории мог бы стать военный эпизод из биографии актера, о котором рассказал его близкий друг, драматург Виктор Мережко. В один из дней 1943 года бронекатер, на котором служил Юматов, неожиданно атаковали вражеские самолеты. В какой-то момент дворняга, которую против всех правил воинского устава приютил и прикормил юнга, прыгнула за борт. А за ней, спасая собаку, бросился и юный Жора Юматов… Мережко вспоминает: «Юматов ринулся в воду, и в этот момент немецкий снаряд попал прямо в катер и разломал его пополам! Все погибли, кроме юнги. Получается, собака спасла Юматову жизнь…»

Коллеги об актере

(по материалам книги Натальи Тендоры «Георгий Юматов»)
Людмила Шагалова, актриса: Как-то после занятий по пантомиме произошло событие, которое я запомнила на всю жизнь. Мы, все еще разгоряченные, стараемся дышать глубже, и вдруг наш сокурсник Глеб Романов говорит: «Во время войны мне попалась книжка «Хиромантия», я ее изучил и теперь по линиям на ладонях могу предсказывать судьбу. Давайте ваши руки». Первым протянул руку Бондарчук. «Сережа, – Глеб долго рассматривал его руки, – у тебя возле мизинца – звезда! Значит, жизнь твоя будет звездная». Мы все были потрясены, и каждый скорее стал протягивать Глебу свои руки: «А у меня звезда есть?» Больше ни у кого на руке звезды не обнаружилось. Зато Музе Крепкогорской он сказал, что ее уведут почти из-под венца: так и случилось, ведь в Музу был влюблен другой мальчик, и мы не сомневались, что скоро погуляем у них на свадьбе. Свадьба была, но не с этим юношей, а с Жорой Юматовым. Кстати, Юматову Глеб Романов сказал, что в конце жизни с ним произойдет нечто ужасное (и тоже оказался прав).
Виктор Мережко, драматург, кинорежиссер: Два одиночества и два счастливых человека. Они ссорились, ругались. Жора хлопал дверью, уходил, но никогда навсегда. У Музы случился роман, и она ушла. Он встречал ее, просил вернуться. Она не возвращалась, но потом вернулась, сказав: «Я вернулась, потому что никто меня так не любит, как ты». И он немедленно простил все, и забыл эту историю с временным разводом.

фото: Георгий Юматов и Муза Крепкогорская / Wellnesso
Георгий Юнгвальд-Хилькевич, кинорежиссер: Жоре нравились хрупкие интеллигентные девушки, которых бы он мог защищать, а в него влюблялись крупные, властные, красивые женщины. Так что это еще большой вопрос – кто кого соблазнял! Он никогда не красовался, что свойственно многим актерам, и при этом в нем было столько обаяния и настоящей мужской красоты, что женщины чувствовали это за версту и не давали ему прохода. А мужчин восхищало его поведение в экстремальных ситуациях. Если он начинал что-то рассказывать – о войне или просто травить анекдот, – все забывали о водке и слушали его, открыв рот.
Кирилл Столяров, актер: Он не любил говорить о войне и только однажды был вынужден рассказать о своих боевых подвигах, когда пришел в профком Театра-студии киноактера подписать характеристику для поездки в Вену. По-моему, это был 1985 год. Венский магистрат прислал приглашение последним оставшимся героям войны, тем, кто спас Вену. Приглашают с супругами на праздник Победы, а Георгию не подписывают бумагу… Я спрашиваю: «Почему?» – «Ну, они думают, что я могу что-нибудь наговорить». – «Ну а когда ты штурмовал Вену, от тебя требовали какую-то характеристику?» – «Нет, тогда ведь другое время было…»
Татьяна Конюхова, актриса: Ударом в сердце было появление адмиралов, которые пришли на вечер памяти Юматова и рассказали о героизме 19-летнего юноши в годы Великой Отечественной войны. Тогда я впервые узнала, что Жоре решили дать звание Героя Советского Союза, но у него, как всегда, случился срыв, и наградные завернули… Это было горько слышать. Но, тем не менее, все о нем говорили как о настоящем герое. Даже по прошествии стольких лет однополчане считали его достойным этого высокого звания. Во время войны добиваться справедливости, стучать кулаками по столу, требовать пересмотра дела было недосуг, потом некогда, а после его смерти… уже, по сути, и некому.
Вячеслав Шмыров

Цитирование статьи, картинки - фото скриншот - Rambler News Service.

Иллюстрация к статье - Яндекс. Картинки.

Есть вопросы. Напишите нам.

Общие правила  поведения на сайте.