Танцуя в пыли: кинематограф Асгара Фархади - «Рецензии»

---

---

21 февраля в российский прокат выходят «Лабиринты прошлого» Асгара Фархади

- иранского режиссера, который укрепил позиции национального кинематографа на мировом уровне. Язык фильмов Фархади понятен зрителю в любом уголке мира, а его картины собирают призы на престижнейших кинофестивалях. Мы решили вспомнить, с чего начиналась карьера режиссера, чья новая работа открывала Каннский кинофестиваль в прошлом году.

За плечами Асгара Фархади не так много фильмов - всего восемь, первая его картина, «Танцуя в пыли», увидела свет в 2003 году. Между тем у Фархади есть уже два «Оскара» за лучший иностранный фильм - таким не может похвастаться ни один иранский режиссер. Первую статуэтку он получил в 2012 году за ленту «Развод Надера и Симин» - горькую историю пары из Тегерана, пытающейся отгородиться друг от друга государственными границами. Вторую - за фильм «Коммивояжер» в 2017-м. В нем Фархади вплетает мотивы знаменитой пьесы Артура Миллера «Смерть коммивояжера» в сюжет о непростой судьбе пары в современном Тегеране.
С одной стороны, Фархади без сомнений - продолжатель традиций национального кинематографа: он тот, кто вырос из волны талантливых иранских режиссеров и встал в один ряд с ними. В то же время в его фильмах уже мало от того, что было характерно для языка новой иранской волны, которую представляли Аббас Киаростами или Мохсен Махмальбаф — режиссеры, определившие лицо иранского кинематографа после Исламской революции 1979 года. В лентах Фархади нет притчевости: метафоры и манера повествования прозрачны, символичность языка скупа. Его герои — уже не созерцатели, но люди, пытающиеся менять свою судьбу. Фархади практически не делает акцентов на визуальных образах. Его конек – крепко выстроенная драматургия, отточенный психологический портрет каждого персонажа, каждое малое изменение, происходящее с персонажем под воздействием внешних противоречивых событий. Его кино – разговорное, построенное на напряженном развитии диалогов, что роднит его с европейской кинотрадицией в лице таких мастеров, как Михаэль Ханеке, Майк Ли или Дени Аркан. В картинах Фархади герои также страдают от непонимания и неспособности решить личные проблемы, в первую очередь – проблемы внутри семьи. Так происходит с героями не только «Развода Надера и Симин», но и «Истории Элли» или «Секретов прошлого».

фото: "Развод Надера и Симин"
Тема краха семейных отношений появляется в том или ином обличье во всей фильмографии иранца, начиная с фильмов «Прекрасный город» и «Фейерверки по средам». Фархади искусно приправляет понятные международные истины национальными мотивами, усугубляя личные проблемы героев религиозной нетерпимостью и двойной моралью иранского общества. Акцент на проблеме поколений не нов для иранского кино: в лентах «Вкус черешни» или «Копия верна» учителя Фархади Аббаса Киаростами эта тема занимает важное место. Но для Фархади она уже смещается на периферию, освобождая пространство для обнажения причин, по которым один брак раскалывается на двух чужих людей.
В «Разводе Надера и Симин» герои не могут примириться в решении вопроса о переезде. Симин считает, что в Иране у них нет будущего, Надер не может бросить умирающего отца. Симин уходит, Надер принимает решение нанять для отца сиделку. Между героями происходит ссора, в результате которой беременная сиделка падает с лестницы, случается выкидыш. Непонятным остается факт причастности Надера к этому страшному событию, но машина разрушения уже запущена. Сюжетная линия закручивается, в отношениях Симин и Надера увеличивается пропасть непонимания. Ни один из них не доверяет другому – брак распадается, в первую очередь, изнутри, а уже затем - под действием внешних обстоятельств. И дело тут не в правых или виноватых - таких у Фархади нет. Недоговоренность как завеса между реальностью и тем, что каждый из героев хочет за нее считать, разъедает отношения героев. Эта глухота будет являться лейтмотивом и других фильмов Фархади.

фото: "Коммивояжер"
Так же глухи герои «Секретов прошлого» Мари и ее бывший муж Ахмад. Для их отношений показательна первая сцена фильма: герои разговаривают за стеклом аэропорта и не слышат друг друга. Глухи друг к другу становятся и герои «Коммивояжера», Рада и Эмад, которые в начале фильма переезжают из старого дома, начавшего в буквальном смысле трещать по швам. Фархади из фильма в фильм упорно задается вопросом: в чем кроется причина трагедии каждого отдельного брака? Ведь, на первый взгляд, распадается иранская семья так же, как и европейская, да и вообще любая семья. Партнер перестает «слышать» другого. Но в «иранском» случае институт брака подтачивают, помимо общечеловеческой глухоты, чужеродные европейскому обществу черты: двусмысленность слов и поступков, двойная мораль, царствующий патриархальный уклад.
Асгару Фархади, безусловно, удалось построить своеобразный мост между восточным и западным кинематографом. Но картины, сделанные на родине, ему удаются точно лучше: так, французский опыт 2013 года под названием «Секреты прошлого» с Беренис Бежо и Тахаром Рахимом не получил большого успеха ни у критиков, ни у зрителей. Вне Ирана и без иранских актеров его фильм будто бы утратил хребет, номинально оставшись фильмом оскароносносного Фархади и сохранив проблемы прошлых его лент. То же самое случилось с «Лабиринтами прошлого» на последнем каннском кинофестивале — режиссера обвинили в пошлости и отсутствии глубины. Создается впечатление, что волшебная палочка режиссерского таланта безотказно работает, увы, только на родной почве.

фото: "Лабиринты прошлого"
Ксения Ильина

Цитирование статьи, картинки - фото скриншот - Rambler News Service.

Иллюстрация к статье - Яндекс. Картинки.

Есть вопросы. Напишите нам.

Общие правила  поведения на сайте.