Канны-2019: Боль, слава и немножко нервно - «Рецензии»

---

---

Каннский фестиваль опять увлекся конъюнктурой, но это не так страшно

фото: "Паразиты"
72-й Каннский фестиваль оказался каким-то нервным. Ну во-первых, подкачала погода, а это означает – нет, вовсе не трагическое отлучение от моря, а необходимость выстаивать очереди под зонтами. Толпа с зонтами – штука, знаете ли, опасная и агрессивная. Обязательно кому-то заедешь по голове, кто-то заедет тебе – вот и выходит нервно. К тому же в дождь и без того немыслимые очереди на фильмы удлиняются – тут уж и откровенные сачкИ направляются на показы, чтобы хоть пару часов посидеть в сухости.
Это была жалобная затравка, не имеющая отношения к кино. А по поводу кино было тоже нервно. Как-то так получилось, что большинство фильмов вызвали у одних резкое неприятие, у других – восторг. Среднего почему-то не случилось. Кроме «Паразитов» Пон Чжун Хо. Это единственный фильм, который понравился практически всем. Кто-то просто остался не в восторге, кто-то придрался к деталям, но критические стрелы его благородно обогнули.
Поэтому, несмотря на неприятное, скажем так, распределение нынешних призов (об этом – ниже), конечный итог всех примирил. «Золотая пальмовая ветвь» впервые уехала в Корею, и никто не бросал ей вслед проклятий. Потому что «Паразиты» - почти идеальное кино. Да-да, бывает и такое. В нем есть все – стиль, великолепный сценарий, выдающаяся актерская команда, ювелирная режиссура, множество смыслов. Пон Чжун Хо даже не балансирует на грани фарса и трагедии – он чудесным образом существует одновременно в двух стихиях, где-то аккуратно их смешивая, где-то сводя их вместе в одном пространстве, но не встряхивая.

фото: "Паразиты"
По сюжету одна оборотистая бедная семейка, которой за неуплату отключили все, включая совесть, - свет, газ, интернет, - с помощью цепочки подлостей устраивается один за другим на работу в богатую семью. Отец семейства идет работать шофером к главе семейства, мать – домоправительницей, сын – учителем английского к дочери, дочь – педагогом к бедовому 8-летнему сыну богатеев про какому-то сомнительному предмету «арт-терапия». Что из этого получается – рассказать невозможно, так как сюжет закручен так лихо, что любой намек на сюжетный вираж станет спойлером. Увольте. Начавшись как вполне себе веселая авантюрная комедия, «Паразиты» выходят на жесткую и злую сатиру, сосредоточившись на предельно четких обобщениях.
Две семьи, которые мы видим в фильме, - словно зеркальные отражения друг друга. Обе состоят из четырех человек, обе дружные и взаимно друг друга презирают, хоть и стараются этого не показывать. В какой-то момент сюжет спускается в подвал богатого дома, где, как оказывается, течет совсем другая, скрытая жизнь. И понимаешь: паразиты – не только эта оборотистая семейка бедняков, присосавшаяся к богатым, но и сами богатые – стопроцентные паразиты, не способные жить без чужой плоти.

фото: "Атлантика"
Вторая по значимости награда – Гран-при – ушла к французскому режиссеру сенегальского происхождения Мати Диоп. Ее романтическая драма «Атлантика» - любовная история на фоне тяжелого социально-политического контекста. Компания сенегальских ребят отправляется на пироге через океан в поисках лучшей жизни. Но пирога тонет, ребята погибают, а их призраки с белыми глазами возвращаются в родной городок. Но по большей части это красочно сделанная серия очередного выпуска National Geographic, наполненная немыслимо красивыми женщинами, местной мифологией и сочно снятыми пейзажами. Наступили суровые времена – темнокожая женщина-режиссер не имеет права уехать с пустыми руками. Квота как рвота: когда она есть, то, пока не кончится сама, ничего не поможет.
Под квоту попал и другой фильм – «Отверженные» Ладжа Ли, картина о противостоянии полиции и пригородного арабского гетто. Фильм получил престижный Приз жюри. Фильм снят в полудокументальной манере, и главная его мысль проста и актуальна: те, кто призван защищать, давно стали хищниками-агрессорами, и только сами обиженные могут и должны за себя постоять. Примерно так. Не сказать, что плохое кино, но таких фильмов мы видели уже сотни, и давать спецприз самого престижного кинофестиваля особой нужды не было.

фото: "Юный Ахмед"
Грустно признавать, что в этом же ряду – фильмов, которые мы уже видели сотни раз, - на сей раз оказалась и новая работа Жан-Пьера и Люка Дарденнов «Юный Ахмед». Главный герой – 15-летний парнишка-исламист с пустой головой, которую местный деловой имам постепенно заполняет радикалистским мусором. Мусор огнеопасен – мальчишка берет нож и идет убивать свою учительницу-мусульманку за то, что ее бойфренд еврей. Что двигало жюри, выдавшим Дарденнам приз за режиссуру – трудно сказать. То ли магия имени, то ли какие-то договоренности с руководством, то ли что-то еще. Не важно. Важно, что Дарденны сняли свой худший фильм – неаккуратный по части драматургии, серый по части режиссуры и сверхбанальный по части смыслов, в него заложенных.
В последние часы перед церемонией закрытия прогнозы пошли по двум основным направлениям. Прочили победу «Паразитам» или «Боли и славе» Педро Альмодовара. Остальные прогнозы составили статистическую погрешность. Сторонники Альмодовара, отдавая себе отчет, что это все-таки не самый его лучший фильм (что, наверное, так и есть – лучшие он снял еще в молодости), надеялись, что жюри займет гуманистическую позицию. В сентябре вечно молодому Педро стукнет 70, и «Золотая пальмовая ветвь» стала бы ему увесистым подарком, учитывая, что все годы он, как на дежурство, приезжал в Канны со всеми своими фильмами, получил кучу «пальмочек», но ни одной главной «пальмы». «Боль и слава» - фильм-рефлексия, воспоминания о детстве, его испанский «Амаркорд», смешанный с ароматом «8 ?».

фото: "Боль и слава"
Герой картины, режиссер Сальвадор (Антонио Бандерас), седобородый и седовласый (да-да, нам в Каннах довелось первым увидеть седобородого красавчика Антонио!), подточенный разнообразными хворями, одинокий и грустный, волею судеб отправляется в путешествие по прошлой жизни. Там ему встретятся любимый мужчина, сбежавший сто лет назад в Аргентину, молодая мама (Пенелопа Крус), первый увиденный еще в детстве чужой член, утраченные друзья и много чего другого. Как ни банально звучит, это – поиски самого себя и возвращение к себе. Решение наградить Бандераса за лучшую мужскую роль – мудрое и правильное. Это хоть и утешительный, но все-таки приз Альмодовару, и признание настоящего, не «мускульно-картиночного» таланта Бандераса, открытого когда-то все тем же Альмодоваром. Именно у Альмодовара Бандерас сыграл лучшие роли, во всем остальном разменяв талант на проходных героев в проходных фильмах. «Боль и слава» - это и о нем, о Бандерасе, на 60-м году жизни вернувшемся к настоящей большой актерской работе. Ну что ж – придется бедному Педро встречать юбилей без «золотой ветки» в вазе.
С другой стороны – что ему ветка и что он ветке? Не ветками крут Альмодовар, как и ничем не отмеченные нынешним жюри Кен Лоуч и Терренс Малик. Правда, двое последних, как и упомянутые Дарденны, сняли худшие фильмы в своей карьере – «Простите, мы вас не застали» и «Незаметная жизнь». Первый – о социальной безнадеге (как, впрочем, и всегда у Лоуча) нынешней Великобритании, второй – история австрийского крестьянина, отказавшегося служить вермахту и за это обезглавленного. Лоуч, при том, что его новый фильм страдает непрописанностью драматургии и слабым целеполаганием (просто лишний раз показывает мизерабельность мизераблей и подонство подонков), все-таки дышит искренней любовью и нежностью к обиженным. И за это ему можно простить все остальное. У Малика же при всем благородстве замысла – показать силу духа, который веет, где хочет, - картина преисполнена такой тяжеловесной дидактикой, таким гнетущим пафосом под бесконечную красивую музыку, что благородство замысла во всем этом тонет без следа, и спасать его не хочется.

фото: "Однажды в Голливуде"
Была среди наблюдателей еще одна не очень большая, но заметная группа – адепты Квентина Тарантино и его конкурсной картины «Однажды в Голливуде». Тарантино – это вообще отдельная тема, но если в двух словах… «Однажды в Голливуде» - это признание в любви фабрике грез, ее «золотому веку». Это мир мускулистых мужчин, смелых собак, ловких продюсеров с обязательной сигарой во рту, это территория сладких снов, в которых кино меняет жизнь человечества. В основе сценария – история зверского убийства беременной на девятом месяце жены Романа Полански Шэрон Тейт. Об остальном умолчим. Казус Тарантино – загадка. Его красочный, яркий мир – это радужная пленка мазута на речной глади. Красиво, но под ней – ничего. Только темные воды. Начиная с «Криминального чтива», Тарантино создает великолепный мир, в котором нет места чувству более глубокому, чем веселье, и замысла более серьезного, чем отправление яркой безумной фантазии. Дальнейшее – молчанье. Его кино настаивает на самодостаточности картинки и стеба. 25 лет назад с победой в Каннах «Криминального чтива» в кино началась эпоха постмодернизма, отвергающего идею катарсиса.
В новом фильме Тарантино есть еще один момент. Не будем забывать, что по земле ходит живой Роман Полански, а сюжет фильма вертится вокруг трагедии с его женой и неродившимся ребенком. Вокруг центральной сюжетной точки – стеб, стеб и стеб. На вопрос журналиста на пресс-конференции «Не было ли у вас каких-то сомнений, когда вы брались за такую трагическую историю, как убийство беременной Тейт и поставили ли вы в известность Поланского?» Тарантино коротко и энергично ответил: «Нет». И все зааплодировали. Радостно. Благодарно. Бог всем судия.

фото: "Однажды в Голливуде"
Последнее. В один день с фильмом «Однажды в Голливуде» в официальную программу взяли фильм Ларисы Садиловой «Однажды в Трубчевске». Присутствие двух российских картин, одна из которых – «Дылда» Кантемира Балагова – получила приз за режиссуру, настолько здОрово, что затмевает собой все эмоции по поводу распределения призов.
«Однажды в Трубчевске» - простенькая на первый взгляд картина о «запретной» любви, об адюльтере, о том, что «синдром Бузыкина» свойствен не только питерским интеллектуалам. Грустная лирическая трагикомедия о невозможности красивой любви в красивых обстоятельствах. Если заглянуть чуть глубже и вглядеться в фон, на котором происходит действие, то грусть уступает место отчаянию, рожденному от образа нашей страны. В фильме – дивный актерский ансамбль, из которого Лариса выковала мощную команду. Немногословные персонажи – провинциальный персик красотка Анна (Кристина Шнайдер), ее возлюбленный-дальнобойщик из породы местных мачо (Егор Баринов), жена возлюбленного (Мария Семенова), преданный во всех смыслах муж героини (Юрий Киселев) – каждый словно герой местной, брянской комедии дель-арте с обязательным набором примет и приемов. Это не упрощение – это стиль фильма, максимально приближенный к народному рассказу.
Тут хочется заметить, что Лариса Садилова не получила ни копейки государственных денег. Даже не хочется разражаться сентенциями на эту тему – и так все понятно. «Дылда» Балагова, кстати, тоже.

фото: "Однажды в Трубчевске"
Многие остались недовольны раздачей призов. И действительно – вкус конъюнктуры забил в этот раз вкус любви к искусству. С другой стороны фестиваль в очередной раз выполнил свою миссию – открыл новые территории, протянул руку помощи новым кинематографиям. Если бы призы раздавались всегда только из соображений художественной ценности – мы бы имели обладателей пальм исключительно стариков-классиков, на место которых со временем приходили бы другие состарившиеся мастера. И может, никогда не состоялся бы феномен нового румынского кино, как и многое другое. А квоты рано или поздно умрут, не беспокойтесь.
Екатерина Барабаш

Цитирование статьи, картинки - фото скриншот - Rambler News Service.

Иллюстрация к статье - Яндекс. Картинки.

Есть вопросы. Напишите нам.

Общие правила  поведения на сайте.