От заката до рассвета: «Вий» в МХТ имени Чехова - «Рецензии»

На новой сцене МХТ им. Чехова прошла премьера спектакля «Вий» в постановке Арсения Мещерякова – экспериментальная постановка по одной из самых пугающих повестей Николая Гоголя. Получилось ли авторам напугать зрителей, или хоррор остался лишь в виде эффектной стилизации, размышляет Екатерина Визгалова.

фото: Александра Торгушникова, пресс-служба МХТ
«Вий» - не классическая адаптация в строгом смысле, а скорее попытка поработать на стыке сказки и хоррора, воспроизведя скеническими средствами подлинный, архаический ужас. Арсений Мещеряков делает ставку на театральность и гротеск, хотя, как говорит сам режиссер, призывает на помощь такие неочевидные для жанра фигуры, как Китон, Чаплин и Кафка. Первых двух — в качестве примеров яркой клоунады, последнего – как мастера выстроить атмосферу вязкого морока.
Появляющиеся из темноты бурсаки (Павел Филиппов, Дмитрий Сумин, Артём Соколов), ищущие на хуторе ночлега, сразу обозначают мир мрачной клоунады и зловещего абсурда, где переплетаются комическое и жуткое. Хома Брут (Филиппов) тут не герой, не философ, а наивный шепелявый простачок, попавший в жернова странной машины смерти. На погибель его отправляют сперва ректор – на встречу с сотником, а потом и сам сотник, требующий отчитать в церкви мертвую дочь; кажется, неспроста у Мещерякова это один и тот же человек (Ростислав Лаврентьев). Не удивительно, что и Вием оказывается не пришлое чудовище, а всё тот же сотник со шрамом через всё лицо. Получается, что смертельная кара исходит от фигуры, наделенной земной властью — если, конечно, это пространство можно считать земным.

фото: Александра Торгушникова, пресс-служба МХТ
Этот мир, сказочный и потусторонний, живет по своим законам. Сценография Анны Гориной минималистична и работает на создание сюрреалистичной атмосферы. Черная сцена, на заднем плане условные сказочные елки да месяц в небе - иногда красный, иногда зеленый. Ключевым объектом становится огромная багетная рама, окаймляющая подмостки: зрители первых рядов сидят впритык, и она служит своеобразной границей между мирами — кошмаром и теми, кто находится за его пределами. Акценты в этой живой картине расставляет художник по свету Евгений Киуру. Хома Брут всегда подсвечен теплым лучом как единственный тут живой человек, все остальные – холодными белым, синим, зеленым.
Свет подчеркивает главный принцип актерского существования: зловещую сказительность. Герои незаметно появляются из темноты и в ней же растворяются, их пластика заторможена, грим, с резкими чертами и контрастами, напоминает пугающие маски. Слова их растянуты, периодически переходят в бормотание и причитание. Артикуляцией и обращением к нутряным инстинктам, кстати, «Вий» напоминает эстетику недавнего спектакля Театра Наций «Сказки Афанасьева» — правда, визуально там ставка делалась на яркие необычные, почти лубочные образы. Здесь же краски исключительно темные — все герои выглядят зловеще: будь то ректор с бородавками и черными дырами глазниц, безумная ведьма или козаки, беспрестанно пьющие горилку и закусывающие синими галушками.

фото: Александра Торгушникова, пресс-служба МХТ
Визуальные образы подкрепляются аудиальным решением: звук в спектакле такой же зловещий и монотонный. Напряженные, повторяющиеся музыкальные фразы и ударные ритмы в диапазоне от мрачных рок-баллад до тяжелого металла в кульминационной сцене. Пожалуй, сам Гоголь бы одобрил подобное «бряцанье», да и в целом стремление соответствовать духу писателя. Мещерякову не хватило режиссерской мощи: ни одного образа за рамками земного тяготения не случилось. Гоголевский текст пропитан почти осязаемой мистикой: полет по ночному небу, гроб, носящийся по церкви, нашествие нечисти. Постановщик же в кульминации предлагает лишь трясущуюся в зеленом свете покойницу и несмешную беготню вокруг гроба, способную впечатлить разве что детей, но им на «Вия» вход заказан (возрастной ценз спектакля 16+). Спектаклю, где довольно точно выстроена история мифологического путешествия в потусторонний мир, не хватает непосредственных переживаний. А они, вероятно, кроются вовсе не в устрашающих эффектах, а в ощущении полной беззащитности человека перед лицом иррационального зла.
Екатерина Визгалова

Цитирование статьи, картинки - фото скриншот - Rambler News Service.

Иллюстрация к статье - Яндекс. Картинки.

Есть вопросы. Напишите нам.

Общие правила  поведения на сайте.